Идет загрузка...
Глоссарий Ссылки


посмотреть комментарии » (0)
Вторая книга царств, глава тринадцатая

Амнон, сын Давида, бесчестит Фамарь, сестру Авессалома, и изгоняет её; Авессалом возненавидел за это Амнона и повелевает поразить его; Остальные сыновья Давида возвращаются, а Авессалом убежал на три года к царю Гессурскому.
Амнон, Давидов сын (Ахиноама
его Давиду первым родила)
любил Фамарь. Мечтал о ней упрямо.
Фамарь, Авессаломова сестра.
Авессалом, сын царев от Маахи,
сестру свою красивую любил.
А брат Амнон в смятении и страхе
влюблённых глаз с девицы не сводил.
Но подойти он к ней никак не мог
и от любви несчастной занемог.

Был у Амнона друг. Весьма лукавый
Давидов родственник Ионадав.
Придворный льстец, распущенного нрава,
приветлив, но коварен, как удав.
Проведал он, по ком Амнон тоскует
и тотчас другу хитрость предложил:
«Хочу, чтоб ту, что так тебя волнует,
с собой ты без опаски уложил.
Ты должен ближе стать твоим родным.
Ложись в постель и притворись больным.
Когда придёт отец, его попросишь,
прислать к тебе Фамарь – сестру твою.
«Пусть подкрепит меня, – его попросишь, –
горячей пищей, той, что я люблю».

И лёг Амнон в постель, и притворился
совсем больным. Наведал сына царь.
Амнон просил, едва не прослезился,
чтоб пищу приготовила Фамарь:
«Лепёшку, или две моя сестрица
мне испечёт и тут же даст поесть.
Она готовить пищу мастерица,
и посидит потом со мною здесь».
Давид послал к Фамари в дом просить,
чтоб брата шла больного навестить.

И вот Фамарь к Амнону в дом явилась.
и видит – бедный брат больной лежит.
Взяла муки и тесто замесила,
и вот они, румяные на вид,
на сковородке вкусные лепёшки!
Несёт ему на блюде дорогом,
даёт в постель, но он не съел ни крошки.
Людей просил оставить их вдвоём,
Фамарь увёл во внутренний покой,
а ей сказал: «Я там поем с тобой».

И вот они во внутреннем покое,
но есть лепёшки не желал Амнон.
Сказал сестре: «Пойдём, ложись со мною.
Я без тебя на муки обречён»!
Она в ответ: «Меня ты не бесчести!
В Израиле не делается так!
Безбожники сестёр лишают чести!
Не совершай безумный этот шаг»!
Но он Фамарь и слушать не хотел,
схватил её, свалил, преодолел.

Не ведал, что творит в порыве страсти,
и грубо изнасиловал сестру.
Всю ночь был с нею на вершине счастья,
пришёл в себя лишь только поутру.
А утром посмотрел и содрогнулся,
сестры увидев побледневший лик.
Он понял, что к святому прикоснулся,
что за предел возможного проник.
И больше жизни девушку любя,
её возненавидел… и себя.

«Встань и уйди, – сказал Амнон Фамари.
«Не большее ли делаешь ты зло,
чем первое, свершённое в угаре,
когда желанье разум унесло? –
Фамарь спросила. Слушать не хотел он.
Сказал: «Вставай и вон иди теперь»!
И проводил лишь взглядом оголтелым,
когда слуга закрыл за нею дверь. 1
И яркие одежды, что на ней,
она разодрала в тоске своей.

Посыпав пеплом голову, рыдая,
она к себе домой вернулась днём.
«Твой брат Амнон с тобою был, я знаю –
сказал ей старший брат Авессалом.
Он понял всё, возненавидел брата,
Фамари же велел: «Теперь молчи.
Не сокрушайся сердцем об утрате
и о своём бесчестье не кричи».
Фамарь во всём послушалась его,
оставшись жить у брата своего.

Услышал царь Давид об этом деле.
Но к сыну он закон не применил,
хоть гнев его достиг того предела,
когда сдержать едва хватает сил. 2
Авессалом с Амноном не встречались,
но иногда, наведав царский дом,
они, не тратя лишних слов, общались,
не говоря, по сути, ни о чём.
Так время шло – ни мира, ни войны.
Прошли два года странной тишины.

Настало время у Авессалома
в Ваал-Гацоре стричь его овец.
На праздник здесь любимый, всем знакомый,
был приглашён Давид, его отец.
Но царь сказал: «Тебе мы будем в тягость.
Спасибо, сын, на праздник не пойдём».
«Так пусть Амнон со мной разделит радость, –
просил тогда царя Авессалом.
Он был настойчив с просьбою своей.
С ним отпустили царских сыновей.

В разгаре праздник стрижки. Блеют овцы,
катают кипы шерсти стригали.
Ликует над горой Ефрема солнце, 3
На праздничных столах дары земли.
Изысканные блюда, льются вина
и музыка рокочет и звенит.
Но из гостей никто не знает ныне,
какую тайну этот пир таит!
Не знает этой тайны и Амном.
Он ест и пьёт. Беспечно весел он.

Авессалом же отрокам покорным
сказал: «Смотрите, брат мой ест и пьёт.
Когда напьётся, пусть к нему проворно
один из вас без шума подойдёт.
Убейте брата. Ничего не бойтесь.
Ведь это я приказываю вам.
А за свою судьбу не беспокойтесь –
за преданность сторицею воздам»!
Амнон смеётся. Он и пьян и сыт.
Сигнал. Удар. Давидов сын убит.

Все сыновья царя, увидев это,
домой бежали. Потрясла их месть.
Они ещё в пустыне были где-то,
как до царя дошла лихая весть,
что всех его сынов убил безумный,
в позоре утвердившийся своём,
доселе рассудительный и умный,
его красавец - сын Авессалом.
Давид был страшной вестью потрясён.
И встал, и разодрал одежды он.

И все, кто с ним, одежды разодрали –
весь царский двор метался и вопил.
Но тут Ионадав сказал в печали:
«Амнона лишь Авессалом убил.
Пусть господин мой царь тоску о детях
оставит. Он опять увидит их.
И вскоре в дом отца они приедут
и царь обнимет сыновей своих.
И должен знать мой господин, мой царь:
Амнон повержен братом за Фамарь»!

И отрок, что в тот час стоял не страже,
поднял свой взор, и видит он вдали,
где по горам дорога петли вяжет,
идёт народ в поднявшейся пыли.
Ионадав сказал: «Как раб твой верный
предположил, вот так оно и есть!
Идут твои сыны к тебе наверно,
все живы и здоровы будут здесь»!
А вскоре, слёзы счастья не тая,
с отцом своим обнялись сыновья.

Но, рассказав отцу о смерти брата,
великим плачем плакали они.
Оплакивая горькую утрату
с отцом своим все траурные дни.
Авессалом же убежал к Фалмаю –
царю Гессура, деду своему. 4
Три года пробыл там, забот не зная,
не угрожая больше никому.
Давид его преследовать не стал.
Амнона поминать он перестал.
****************************
1.Лишение чести девицы рассматривалось израильским законом как отвратительный грех (Втор. 22:13-21). Кроме того, закон строго запрещал вступление в физическую связь кровным родственникам, в частности, братьям и сестрам, какими были Амнон и Фамарь (Лев. 20:17). Усугубляя нанесенное ей бесчестие и продолжая нарушать закон, Амнон прогнал Фамарь (закон требовал женитьбы на обесчещенной девице; Втор. 22:20). Отчаяние Фамари (ст. 19) было тем сильнее, что случившееся с ней, возможно, лишало ее перспективы на замужество в будущем.
2.Давид узнал о том, что произошло, и сильно разгневался. Но наказанию, предписанному на этот случай законом, Амнона не подверг, вероятно, потому, что тот был его первенцем.
3.На территорию Ефрема, в Ваал-Гацор, пригласил Авессалом на свой праздник отца и весь царский двор. Он, очевидно, как раз и рассчитывал на то, что отец его приглашение отклонит, но уговорил его, чтобы отпустил в Ваал-Гацор всех царских сыновей во главе с Амноном.
4.Авессалом вынужден был бежать; он нашел убежище в Гессуре, у своего деда по матери (Гессур лежал на восток от Киниеретского озера), и пробыл там три года. И не стал царь Давид преследовать Авессалома; ибо утешился о смерти Амнона

посмотреть комментарии » (0)
Количество просмотров: 788

Автор проекта: Ирина Филатова
Главный редактор: Элла Тахтерина